Дмитрий Соколов – книга «Крипта» раскрывает имя нового героя дела BTC-e

Крах крупнейшей в свое время российской биржи BTC-e/Wex обрастает новыми подробностями благодаря книге-расследованию журналиста Андрея Захарова.

С разрешения автора Bits.media публикует главу, где впервые фигурирует имя Дмитрия Соколова, еще одного героя истории рухнувшей торговой площадки – о котором практически ничего не было известно до выхода книги «Крипта. Как шифропанки, программисты и жулики сковали Россию блокчейном».

Block 13


Index: биржа


Timestamp: февраль 2022 года


Hash: «Призрак» материализуется


Previoushash: заминированная Россия

25 февраля 2022 года, на второй день войны, в гостиницу частного аэродрома под Москвой пришли силовики из МВД.

Их интересовал мужчина с максимально стандартными именем и фамилией: Алексей Сергеевич Иванов. С собой у мужчины были два дорожных чемодана, забитые, впрочем, не стандартными трусами и носками, а наличностью примерно на 190 млн рублей. Документы, показанные Ивановым, были выданы совсем недавно: буквально за месяц до визита полицейских он официально поменял фамилию и отчество, прожив до этого 42 года как Алексей Викторович Билюченко. Этого человека российская, да и мировая криптотусовка знает как основателя и админа криптобиржи BTC-e/Wex.

В тот же день, 25 февраля, следственный департамент МВД РФ возбудил еще одно дело о крахе биржи Wex. Только если в старом, открытом еще в 2019 году по статье «Мошенничество» (статья 159 УК РФ), «админ» был свидетелем, то в новом — уже подозреваемым в растрате (статья 160). Билюченко-Иванова арестовали, у него дома прошли обыски, во время которых в числе прочего изъяли аппаратные кошельки с криптовалютой. МВД помимо пресс-релиза опубликовало видео с традиционным для этого жанра видеорядом — пухлые пачки денег и гардероб с дорогими костюмами.

«Одновременно проведено 29 обысков в жилищах фигуранта и его предполагаемых сообщников в Москве, Санкт- Петербурге, Новосибирске и Ялте», — звучит на видео железный голос официального представителя полиции Ирины Волк.

Спустя месяц после ареста Билюченко-Иванова издание «Царьград» Константина Малофеева опубликовало большую статью, посвященную делу «админа»: из нее впервые стало известно, что человек сменил фамилию (размещен даже скан паспорта), и в чем его обвиняют (выложена копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого). По факту это была давно ожидаемая победа одного из главных ультрапатриотов в российской элите над новосибирским «айтишником». Досталось в этой статье и мне: Малофеев через свое медиа заявил, что мое расследование про Wex и последовавшая волна лжеминирований были провокацией украинских и западных спецслужб «по очернению» его «репутации и репутации всех силовых структур России».

Почему «админ» все-таки проиграл в противостоянии с людьми Малофеева? В сентябре 2021 года пришел в движение один из кошельков биржи, с него были выведены сто монет эфира ($340000 по курсу того времени). Деньги поступили на кошелек на бирже Binance, которая тогда активно сотрудничала с российскими властями, а ее вице-президентом по глобальной разведке и расследованиям в том же сентябре стал давний знакомый Билюченко — спецагент Службы внутренних доходов США Тигран Гамбарян. И если за этой транзакцией стоял «админ», то те люди из команды Малофеева, которым он противостоял в 2018 году, могли получить бесспорное доказательство: он по-прежнему контролирует активы биржи.

Из судебных материалов следует, что, по версии следствия, Билюченко похитил имущество юрлица криптобиржи Wex — сингапурской компании World Exchange Services. Первоначально оценка была дана довольно размашистая: не менее 16 млрд рублей (сумма известна из следственных документов, выложенных «Царьградом»). При таком подходе все активы «админа», до которых только дотянется российское правосудие, достались бы текущему владельцу компании — Дмитрию Хавченко, или «Морячку». Первым делом были арестованы более сотни объектов недвижимости в Москве, Петербурге и Новосибирске (их стоимость в МВД оценивали в 2 млрд рублей). Ни следствие, ни защитники Билюченко-Иванова явно не хотели делать этот список публичным, но, как всегда, прокололись судебные клерки. Публикуя решение Московского городского суда, который оставил в силе решение нижестоящей инстанции об аресте имущества, кто-то из помощников судьи вымарал из документа все адреса, но оставил кадастровые номера. Этого мне было достаточно, чтобы не только узнать, где находятся арестованные объекты, но и выяснить, кому они принадлежат: я просто заказал по ним выписки из Росреестра.

Всего в списке более сотни квартир, домов, земельных участков и нежилых помещений. Их собственником, конечно, оказался не сам Билюченко: активы записаны либо на родственников вроде матери, брата или дочери брата, либо вообще на посторонних на первый взгляд людей. Например, на новосибирского предпринимателя Антона Кибардина — одного из основателей местной компании Promotion.ru, которая работает по всей России и специализируется на организации временных торговых точек (так называемая «поп-ап-торговля») для сотовых операторов и банков. Один из его знакомых уверял меня, что Кибардин ездил вместе с Билюченко на отдых и никакого отношения к бирже не имел. Но досталось ему по полной — у Кибардина прошли обыски, и, помимо квартир, были арестованы банковские счета. Причем в качестве долга в банковском приложении была указана та самая сумма в 16 млрд рублей, которую «админ» якобы украл у собственной криптобиржи.

«Потом полгода бегал, доказывал, справки носил, что сам заработал себе на свои квартиры и машины, денег таких порядков никогда у него не было», — рассказывал его знакомый.

Вместе с Кибардиным оспаривал решение об аресте имущества и 38-летний житель Санкт-Петербурга Дмитрий Соколов. Его представитель тоже говорил на суде, что никакого отношения к деятельности Билюченко-Иванова он не имел, а многочисленные элитные квартиры в Северной столице купил на свои честно заработанные деньги, с которых уплатил подоходный налог. Следствие же, ссылаясь на некие оперативно-розыскные мероприятия, заявляло, что Соколов «участвовал в легализации присвоенных Ивановым денежных средств» и все арестованное имущество в реальности принадлежит все тому же «админу».

А имущество Соколова из судебного списка впечатляет: такое чувство, что он в буквальном смысле коллекционирует знаковые объекты недвижимости. Так, в 2020 году он купил у музыканта Сергея Шнурова трехэтажную квартиру площадью свыше 400 кв. м на углу улицы Чайковского и набережной Фонтанки — напротив Летнего сада. На последнем этаже есть выход на террасу с видом на Петропавловскую крепость: на видео МВД, посвященном задержанию Билюченко и обыскам у «его предполагаемых сообщников», видно, как по ней разгуливают оперативники.

В тот же день они зашли и в другую квартиру Соколова, благо та располагается в пяти минутах ходьбы — в доме на углу набережной Невы и Гагаринской улицы. И это опять знаковый объект: особняк XVIII века, который сначала принадлежал графу Александру Кушелеву-Безбородко, а потом — купцу Александру Елисееву из знаменитой купеческой династии, построившей, в частности, помпезные магазины в центре Москвы и Петербурга. В нулевые дом выкупила инвесткомпания, связанная с юристом Ильей Елисеевым — однокурсником тогдашнего президента Дмитрия Медведева. После реконструкции часть квартир в особняке с семиметровыми потолками, кариатидами и лифтом для машин приобрел фонд «Дар», который, по мнению оппозиционера Алексея Навального, держал активы в интересах самого Медведева. Другие апартаменты можно купить: так, Соколов приобрел здесь жилье (170 кв. м) все в том же 2020 году.

Из видео МВД непонятно, осмелились ли оперативники в спортивных штанах и пуховиках заявиться в главный объект коллекции недвижимости Дмитрия Соколова — квартиру на Каменном острове. Каменный остров — тихое элитное место в центральной части города, большую часть которого занимает парк с вкраплениями советских правительственных резиденций, дореволюционных дач и жилых комплексов новой России. Один из них — на Березовой аллее, 19 — был построен в начале нулевых, и его можно назвать «главным домом страны». Ведь многоуровневые апартаменты тут получили в основном друзья Владимира Путина — от банкира Юрия Ковальчука до предпринимателя Романа Ротенберга, от его спарринг-партнера по дзюдо Василия Шестакова до соседа по дачному кооперативу «Озеро» Николая Шамалова. В 2020 году, работая в издании «Проект», я раскрыл тайну еще одной обитательницы этого дома — Светланы Кривоногих: она была настолько близка Путину, что, возможно, родила от него внебрачную дочь Луизу.

Всего в доме двадцать элитных квартир. Соколов подселился к небожителям путинской России в начале 2021 года, купив трехэтажные апартаменты площадью почти полтысячи квадратных метров. Когда «главный дом страны» только построили, эти апартаменты принадлежали семье Геннадия Петрова, которого испанское правосудие называло одним из лидеров «тамбовско-малышевской преступной группировки» — главного символа «бандитского Петербурга» 1990-х годов. Соседство Петрова с членами кооператива «Озеро» не должно удивлять: все в те же девяностые он был совладельцем небольшого петербургского банка «Россия», акционеры которого тоже поселились в доме на Каменном острове. Уже в нулевые банк нарастил активы, а американские власти, вводя в отношении него санкции в 2014 году, назвали его банком «ближнего круга российского президента».

В 2017 году семья Геннадия Петрова продала квартиру петербургскому предпринимателю Александру Киналю. «Непростой человек. Я так до конца и не понял, к какому миру он ближе. Скорее к силовиками. Помню, офис у него был прямо в здании горсуда на Фонтанке», — рассказал мой знакомый бизнесмен, имевший дело с Киналем.

Его метания в оценке Киналя понятны: с одной стороны, он не только купил квартиру у самого Гены Петрова, но и засветился в структурах, связанных с экс-депутатом Госдумы от ЛДПР Денисом Волчеком. В солидное кресло депутата Волчек сел в нулевые, а в девяностые он был водителем и партнером Кости-Могилы (Яковлева) — еще одной легенды «бандитского Петербурга» (застрелен в Москве в начале 2003 года). Сам Волчек уже в 2021 году был приговорен к трем годам тюрьмы за мошенничество.

С другой стороны, еще в начале 1990-х Киналь создал IT-компанию «Эврика», которая заняла один из корпусов советского оборонного предприятия «Ленинец» и стала плотно сотрудничать с силовыми структурами, включая ФСБ, МВД, ФСО и Минобороны (поставки компьютеров, принтеров, досмотрового оборудования и так далее). В МВД в советское время служил один из его партнеров Евгений Пеньковский, а другой, Алексей Николаев, — классический айтишник, в восьмидесятые работавший в научно-исследовательском институте физики при ЛГУ (в будущем — СПбГУ). Киналь, имевший как минимум экономическое образование, выполнял функции финансового директора. В нулевые у «Эврики» действительно был офис в здании городского суда Петербурга. И именно в «Эврике», если верить расследованию издания The Insider (признанного в РФ иностранным агентом), одно время якобы работал хакер, имевший отношение ко взлому почты избирательного штаба Эмманюэля Макрона. В самой «Эврике» эту информацию потом отрицали.

Когда «Дождь» (признанный в РФ иностранным агентом) в 2018 году спросил Киналя про этого хакера, тот ответил, что не знает его, а комментарий готов давать только про разведение пчел, потому что увлекается пчеловодством и пасекой. Довольно миролюбивое увлечение для человека, который, помимо IT-бизнеса в сотрудничестве с силовиками, входил в органы управления нескольких радиоэлектронных оборонных предприятий и был помощником гендиректора концерна «Алмаз-Антей», где производятся средства ПВО.

Конечно, неправильно связывать людей только потому, что они друг у друга покупают квартиры (Киналь — у Гены Петрова, а Соколов — у Киналя). Пусть и в «главном доме страны», где кто-то из жильцов периодически выставляет свои элитные апартаменты на продажу. Более того, в 2022 году та самая Светлана Кривоногих пыталась сдать свою трехэтажную квартиру в аренду за 700000 рублей в месяц, но после того, как я об этом написал на Би-би-си и опубликовал фотографии помпезных и одновременно безвкусных интерьеров, объявление было снято.

На «главном доме страны» коллекция элитной недвижимости Соколова не заканчивается. На том же Каменном острове и все в том же 2021 году он приобрел две квартиры общей площадью 280 кв. м в историческом комплексе «усадьба Свиягина» — даче в стиле модерн, построенной накануне революции 1917 года. По соседству располагается еще несколько таких дач, и они тоже по-своему знаковый объект — каждый гражданин России видел их в советских фильмах вроде «Приключений Шерлока Холмса и доктора Ватсона», где они изображали Лондон и другие европейские столицы.

По версии следствия, конечный собственник всей этой недвижимости — не Соколов, а сам Билюченко. Но если это так, то Соколов — весьма необычный «дроп», то есть номинал: на него не просто записывают люксовые квартиры, но и позволяют в них жить. Из утечки «Яндекс.Еды» следует, что Соколов заказывал продукты в обе квартиры напротив Летнего сада — и в ту, что некогда принадлежала Сергею Шнурову, и в ту, что расположена в «медведевском доме». И в любом случае, даже если он «дроп», он должен был откуда-то возникнуть в жизни Билюченко.

Я стал искать его фотографию и после долгих поисков в аккаунте его сводного брата нашел снимок, сделанный примерно тогда, когда Сатоши Накамото только представил миру биткоин. С фотографии на меня смотрел тот самый «Призрак», с которым я встречался в 2019 году в Петербурге, после чего у меня оказались материалы уголовного дела о крахе Wex с показаниями Билюченко.

Здесь важно сделать замечание. Журналистская этика запрещает раскрывать имена источников, если они сами об этом не попросили. Эта норма даже закреплена в российском законе «О СМИ», по которому журналист обязан выдать имя источника только по решению суда. Этот кодекс этических и юридических правил призван защитить тех, кто, рискуя, приносит в медиа общественно значимую информацию. Почему я решил впервые в жизни нарушить этот кодекс и рассказать, кем был «Призрак»? Потому что я думаю, что Соколов — это никакой не «дроп», а возможно, не менее ключевой персонаж в истории BTC-e/Wex, чем Винник и Билюченко. И общественный интерес — судьба миллиардов, которые принадлежали десяткам тысяч простых клиентов криптобиржи, — на мой взгляд, важнее, чем правило нераскрытия источников.

Что известно о Дмитрии Соколове? Он чуть младше Билюченко: когда имущество арестовали весной 2022 года, ему было 38 лет. Родился и вырос в Тюмени. У Соколова одновременно дерзкий и мягкий взгляд, и он может как-то внутренне регулировать этот дуализм, то общаясь с тобой доверительно и задушевно, то включая какого-то сибирского пацана с улицы Ленина. Про его отца ничего не известно: мать повторно вышла замуж и работала в нулевые ведущим документоведом местного управления кадастровой палаты.

Соколов выбрал не такую мирную профессию: он закончил тюменскую академию МВД и примерно в середине нулевых пошел работать оперуполномоченным в отдел по борьбе с организованной преступностью ГУВД по Тюменской области. Карьера закончилась спустя несколько лет, когда он попал в ДТП и вроде как сбил своего коллегу по ведомству, рассказала мне его тюменская знакомая. Его уволили из органов, он остался в Тюмени и спустя несколько лет, в 2014 году, устроился директором местной сети алкомаркетов «Клюква».

Его экс-коллега вспоминал в разговоре со мной, что Соколов явно сам собирался открывать подобное заведение, интересовался, как работает рынок алкоголя, но в итоге согласился на роль управляющего в чужом бизнесе. «Безумно ответственный, очень быстро располагал людей, все KPI исполнял», — рассказал он. Сеть работала по той же хитрой схеме, что и тысячи подобных заведений по всей стране: там можно было купить пиво, вино или водку в ночное время (в Тюмени запрет на продажу действует с 23 часов), но нужно было открыть бутылки, как будто ты пришел в бар, а не в магазин. В сентябре 2014 года какой-то гражданин провернул эту схему с бутылками вина «Каберне Тамани» и водки «Беленькая Люкс» в одной из точек на окраине Тюмени, а потом пожаловался в управление потребительского рынка Тюменской области. Чиновники оштрафовали «Клюкву», но Соколов попробовал опротестовать это решение через суд и лично ходил на заседания.

Обычная скучная жизнь директора сети алкомаркетов. Но даже коллегам он не казался стандартным управляющим.

«Однажды он взял на работу в “Клюкву” молодого парня, который буквально спал где-то под трубами: тот был откуда-то из-под Тюмени, попал в тюрьму и после отсидки не хотел возвращаться обратно. Парень на работе закрепился и потом постоянно поднимал тосты за Соколова, — такую историю вспомнил его тюменский знакомый. И продолжил: — Он очень необычный, мог уйти в свой мир и ответить как-то невпопад. Творческий, мог начать рисовать на работе. Читал много фантастики на английском языке».

Знакомых удивляло, что Соколов старался не оставлять никаких цифровых следов: не вел соцсетей, уже тогда (начало 2010-х) старался переводить все общение в мессенджеры, включая диковинный в те времена для всех в Тюмени Signal, и всегда беспокоился о надежности пароля. «На работе он использовал ноутбук с Linux. Я сразу удивился: это же неудобно, тот же 1С для ведения бухгалтерии не открыть. В итоге он брал ноутбук с Windows у сотрудницы для рабочих нужд», — рассказал его экс-коллега по «Клюкве». Он засиживался на работе допоздна, до десяти вечера, и работал один в кабинете под музыку любимого Шнура, квартиру которого он купит спустя пять лет.

Работа директором сети алкомаркетов вряд ли соответствовала его амбициям. «Любил красивые вещи и выделяться», — описывает его давняя знакомая. По Тюмени он ездил на автомобиле Porsche Cayenne, но ему этого было явно мало. В середине 2016 года он неожиданно предупредил собственников «Клюквы», что переезжает в Москву, чтобы работать в сфере программирования. «Это звучало удивительно. Про криптовалюты он тоже как-то вскользь говорил, но тогда они были не на слуху, я мало что понял», — говорит экс-коллега Соколова.

После переезда Соколов перестал общаться со многими тюменскими знакомыми. «Я даже думал, что я его чем-то обидел, настолько он резко “пропал с радаров”», — вспоминает один из знакомых. Соколов действительно какое-то время был зарегистрирован в подмосковных Люберцах, но не позже 2019 года перебрался жить в Петербург, который давно любил, стараясь ездить в Северную столицу на праздники. Никакого публичного бизнеса так и не открыл. Но спустя пять лет после того, как Соколов в качестве директора алкомаркета ходил в суд, он приобрел в Пе- тербурге недвижимость, которая, по самым скромным подсчетам, сейчас стоит около 600 млн рублей.

Все покупки пришлись на 2020–2021 годы. На суд по оспариванию ареста имущества его представитель принес документы, из которых следует, что в августе 2020 года он получил от предпринимательской деятельности доход, достаточный для покупки всех этих апартаментов. В одной из утекших баз есть запись, что примерно в то время он действительно получил от управляющей компании «Альфа-капитал» свыше 450 млн рублей — в качестве дохода от купли-продажи ценных бумаг. И единственный его официальный доход до этого — зарплата в алкомаркете «Клюква».

Откуда у него взялись такие деньги? И правильно ли издание 47news называло его «долларовым миллиардером»?

Есть одна прочная, но необычная ниточка, которая связывает Соколова и биржу Винника/Билюченко. В Тюмени у него был близкий товарищ по имени Георгий Сатюков: они были настолько близки, что когда Соколов в середине нулевых брал кредит, то указал Сатюкова в качестве поручителя. Оба даже работали вместе в милиции, правда, в разных подразделениях — Сатюков из отдела «К», который занимается преступлениями в компьютерной сфере. После того как Соколов ушел из милиции, они сохранили дружбу: Сатюков иногда заходил к нему в офис «Клюквы», вспоминал один из моих собеседников.

Не знаю, одновременно с Соколовым или нет, но в какой-то момент Георгий Сатюков тоже перебрался в Москву — его перевели в центральный аппарат управления «К». Это было серьезное повышение: по состоянию на май 2019 года он уже носил звание подполковника полиции и возглавлял небольшое подразделение внутри управления. И именно Сатюков был одним из тех полицейских, кто занимался сбором информации по первому уголовному делу о крахе биржи Wex — тому самому, где Билюченко был потерпевшим, а Малофеев — главным виновным в крушении криптовалютной площадки. Сатюков допрашивал Билюченко, он же общался с некоторыми активными клиентами рухнувшей криптобиржи, которые пытались вернуть свои средства. Связь между Соколовым и Сатюковым явно известна тем, кто занимается расследованием второго уголовного дела о крахе Wex — того, в котором главный «злодей» уже Билюченко, а люди Малофеева — якобы его жертвы. Помимо петербургских хором Соколова, суд по ходатайству следствия арестовал и квартиры родственников Сатюкова. Но ни Соколов, ни Сатюков арестованы не были — в отличие от того же Билюченко. Причем Соколов сумел уехать из страны, хотя в его элитных апартаментах прошли обыски.

Складывается довольно простая логическая цепочка. В конце 2018 года полиция Новочебоксарска возбуждает уголовное дело по мошенничеству с активами криптобиржи Wex, к расследованию подключается центральный аппарат управления «К» вместе с Георгием Сатюковым, который весной допрашивает в Москве «админа» Билюченко. Дело раскручивается в выгодную для него сторону: активы биржи украла команда Малофеева, а он ни в чем не виноват (хотя, как я уже говорил, у клиентов биржи есть претензии и к нему). Спустя год близкий знакомый Сатюкова — Дмитрий Соколов — декларирует невиданный доход в полмиллиарда рублей и в течение 2020–2021 годов скупает знаковую, люксовую недвижимость в Петербурге. И в таком случае вполне объяснимо столь лояльное отношение к Билюченко со стороны сотрудников управления «К» МВД: когда в апреле 2019 года к его загородному дому приехал «Морячок» с еще несколькими ветеранами боевых действий в Донбассе, Билюченко, который был в тот момент где-то в городе, решил спрятаться на время в помещении отдела «К» местного ГУ МВД.

Когда я стал писать людям, которые могут знать Соколова, через какое-то время мне дали его новый контакт — прошлый, через который мы держали связь в 2019 году, уже был неактивен. Он по-прежнему предпочитает защищенные мессенджеры (общение шло в Threema) и не захотел говорить голосом, но, скорее всего, это был именно Соколов: он назвал место, где мы встречались в Петербурге, когда он еще представлялся Евгением. В какой-то момент я прямо спросил его: они с Сатюковым просто в какой-то момент взяли Билюченко под защиту от Малофеева или же он был в проекте биржи изначально? Но Соколов уклонился от ответа, заявив, что, по его мнению, гораздо интереснее, кто сейчас выводит старые активы BTC-e: в конце 2022 года пришел в движение старый кошелек биржи, и с него ушли 10000 биткоинов (около $165 млн на тот момент). «[К этому имеют отношение] ряд лиц из администрации президента и Ростеха», — написал он. Доверия к словам у меня нет — никаких доказательств он не представил. В марте 2023 года часть этих денег (3300 биткоинов, или около $90 млн) пошли дальше по блокчейну, их стали дробить на более мелкие суммы, явно пытаясь в конечном счете вывести крипту в фиат.

Человек, который знает Соколова как криптовалютного предпринимателя, утверждает, что «он вообще из другой истории» и не имел отношения ни к первой (BTC-e), ни ко второй (Wex) пло- щадке. «Они [Билюченко, Винник и Соколов] были между собой знакомы, но это в силу того, что в стране криптокомьюнити небольшое. Хотел, наверное, оказать помощь, потому что думал, что есть сильные знакомые, но все так же обернулось трагедией», — написал он. Но и к этим словам доверия у меня нет. Точно понятно одно: бывший опер, который тайно заработал на криптовалютах миллионы (если не миллиарды), подселился в «главный дом страны» к Ротенбергу, Тимченко и Кривоногих, но проиграл войну могущественному «спонсору русской весны» и убежал из страны. Именно такого человека как Соколов, пожалуй, можно считать главным героем и антигероем крипто-России.

Общаться со мной о своем прошлом Соколов не захотел. «Я понимаю, что ты делаешь и что тебя интересует. В свою очередь, я не могу понять, что меня здесь интересует», — заявил он по-деловому, явно имея в виду, что ему невыгодно рассказывать о себе правду. В тот момент он оспаривал арест своих элитных квартир в суде, упирая на то, что не имел никакого отношения ни к бирже, ни к Билюченко. Мои вопросы Соколов иронично назвал «искрометными». Думаю, когда он прочитает эту главу, то напишет что-нибудь вроде «давно так не смеялся». Или, как настоящий шифропанк, пошутит, что я никогда не докажу, что набор букв и чисел в мессенджере Threema был действительно им.

А Алексей Билюченко в итоге пошел на досудебное соглашение со следствием, то есть признал свою вину в обмен на более мягкий приговор. В обвинительном заключении ущерб, который он якобы нанес сингапурской компании «Морячка», оценивался уже в 3 млрд, а не в 16 млрд рублей, как это было на стадии следствия. Билюченко был готов перечислить эти деньги и даже указал номера счетов, на которых можно найти нужную сумму. Это, конечно, было его поражением. Но кто думает о таком, когда тебе грозит срок в 10 лет тюрьмы.

 

Источник

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»